21 декабря 2018 г. | Автор: Екатерина Шапран
Язык и мышление — кто кого?

Правда ли, что представители разных народов мыслят по-разному? Некоторые ответят, что это ненаучно. Кто-то скажет, что этот вопрос чуть ли не расистский. И только у лингвистов, как всегда, своё мнение…

Эта статья была опубликована в журнале OYLA №8(24). Оформить подписку на печатную и онлайн-версию можно здесь.

​Никакого расизма

Дело тут не в национальности, а в языке, считают лингвисты (на то они и лингвисты, чтоб так считать). Существует научная гипотеза о том, что мышление и мировосприятие каждого человека напрямую зависит от того, на каком языке он говорит. Судите сами: изменилось бы ваше сознание, если в вашем языке не было бы будущего времени? Или слов, обозначающих цвета? Или если бы грамматика обязывала вас приводить доказательства к каждой вашей фразе? А ведь все эти языки существуют, как и люди, говорящие на них!

Основные понятия и предметы во всех языках схожи, иначе не существовало бы переводчиков и словарей. Снег останется снегом, и неважно, где вы живёте — на берегу Темзы или у озера Ангикуни.

Гипотеза лингвистической относительности — вот как это называется. Термин говорит сам за себя: что-то (а именно, мышление) зависит или меняется относительно лингвистики, то есть языка. Существует и другое название, более известное — гипотеза Сепира-Уорфа, в честь двух учёных, положивших начало этой идее. Самое забавное, что такое название является неправильным, ведь Эдвард Сепир и Бенджамин Уорф никогда не были соавторами и ни о каких гипотезах официально не заявляли. А придумал этот термин один из студентов Сепира, что, в принципе, и стало его основным научным достижением.

И Сепир, и Уорф в своих работах опирались больше на теорию, чем на практику. Примеры из туземных языков, которые приводил Уорф, встретили массу критики и не смогли служить весомыми доказательствами. Именно поэтому гипотеза долгое время не воспринималась научным сообществом всерьёз.

Один из примеров Уорфа даже стал эдаким научным мемом. Он писал, что в эскимосских языках очень много разных слов, которые обозначают снег. Вывод — эти народы воспринимают снег иначе, чем англоговорящие. Но для чистоты лингвистического эксперимента было правильно считать только корни слов, а их количество у эскимосов и англичан оказалось примерно одинаковым. Идея Уорфа с треском провалилась, а «эскимосы» и слово «снег» теперь — всего лишь очередной «интересный факт» на псевдонаучных пабликах.

Эксперименты!

Всё же идея не была забыта, и лингвисты по всему миру стали искать способ доказать её или опровергнуть. Например, психолог Бенджамин Блум отмечал, что в китайском языке нет грамматической формы условного наклонения (если бы… тогда я бы…). По его наблюдениям, китайцы действительно меньше, чем европейцы, склонны к тому, чтобы строить догадки или оправдания нереальным ситуациям. Подобные исследования, только в японском языке, проводила лингвист Ниекава-Ховард. Она обнаружила особую форму глагола, которая означала что-то вроде «я был вынужден это сделать, а потому не несу ответственность». Наблюдая за поведением людей, родным языком которых был японский, она заметила, что они редко берут на себя ответственность за свои действия, даже если эти действия достойны похвалы (!). Мол, «обстоятельства так сложились».

Нужно разделить эти предметы на две группы по какому-то одному признаку. Что первое вам пришло на ум?

Похожий эксперимент был проведён между двумя группами людей: одна — говорила на английском языке, а другая — на языке индейцев навахо. Дело в том, что в языке последних нельзя просто сказать «бросить» — слово меняется в зависимости от того, какой формы предмет вы бросаете. Учёные заинтересовались, повлияет ли язык на поведение навахо в тех ситуациях, когда ничего бросать не нужно. Результаты были потрясающие: дети, у которых английский был родным языком, гораздо реже классифицировали предметы по форме, чем их навахо-говорящие сверстники.

Если вам на ум сначала пришли круги и квадраты, это вовсе не значит, что в вас течёт кровь коренных американцев (помните, дело в языке, а не в национальности). Поймите, не все тестируемые отвечали одинаково, и вы просто оказались в статистическом меньшинстве.

О гипотезе Сепира-Уорфа вы могли услышать в фильме «Прибытие». Главная героиня изучает язык инопланетян, и её разум меняется так сильно, что она начинает видеть будущее. Сценарий объясняет это как раз теорией лингвистической относительности: начав говорить на языке пришельцев, начинаешь видеть мир и думать как пришельцы. Возможно ли подобное и имеет ли это какую-то научную подоплёку — именно это мы и обсудим в нашей статье.

Особенно чётко влияние языка на мышление можно проследить у народов, на которые мало повлияла всемирная глобализация. Возьмём, к примеру, австралийских аборигенов гуугу йимитхирр. В большинстве языков мира человек ориентируется в пространстве относительно себя (стол передо мной, кровать справа от меня и т. д.). А на языке этого народа принято говорить «стол к северу отсюда», «кровать к западу отсюда». Если нужно будет показать на предмет, находящийся за спиной у говорящего, он просто покажет на себя, то есть как бы сквозь. Вот такие они австралийские аборигены!

Но пока гипотеза Сепира-Уорфа ещё не принята всем научным сообществом. Наблюдения Блума не удалось подтвердить на практике, а многие другие тесты дают нестабильные результаты. Например, эксперимент с определением и запоминанием цвета — в некоторых языках одно слово может означать несколько цветов (голубой и синий, синий и зелёный и т. д.). Учёные ожидали, что владеющий таким языком будет хуже различать и запоминать последовательность этих цветов. Не тут-то было: многие тестируемые справлялись не хуже тех, в языке которых были все цвета радуги.

​В чём польза?

Если предположить, что лингвистическая относительность действительно существует, полезно ли изучать другие языки? Разумеется! Конечно, если вы вдруг освоите португальский, то не откроете свою генетическую память или познаете тайны Вселенной. А вот взглянуть на мир под другим углом, хоть на чуточку — это вполне возможно.

Идеи Сепира-Уорфа ушли далеко за пределы лингвистики. Вспомните хоть знаменитый роман «1984» Джорджа Оруэлла: жителей этой антиутопии заставляют говорить на «новоязе» — языке, который просто убивает критическое мышление, а значит, и революционные настроения.

Кое-кто из учёных задумался, можно ли с помощью языка проапгрейдить своё мышление. Так появился логлан (logical language) — искусственно созданный язык, миссией которого было сделать мышление говорящего яснее и логичнее. Многие люди, изучавшие его, признавались, что действительно чувствуют положительное влияние на собственный разум. К сожалению, сейчас логлан потерял былую популярность, и им практически никто не занимается.

Существует ещё один искусственный язык по гипотезе лингвистической относительности — лаадан, и создан он специально для… женщин. Лингвист Сьюзен Элджин, благодаря которой он и появился, однажды пришла к выводу, что все западные языки больше предназначены для выражения мыслей мужчин, а женщины, вынужденные на них говорить, именно из-за этого попадают в глупые ситуации, когда говорится одно, а имеется в виду совсем другое. «Не бывать этому!» — решила Элджин и разработала лаадан, который учитывает все нюансы той самой «женской логики». Как вам, например, такие частицы, которые надо ставить в конце каждого повествовательного предложения:

  • wa — говорящая знает, потому что лично видела/слышала;
  • wi — говорящая знает, потому что это само собой разумеется;
  • we — говорящая увидела это во сне;
  • wáa — говорящая считает это правдой, так как доверяет источнику;
  • waá — говорящая считает это ложью, так как не доверяет источнику.

Так что главнее — язык или мышление? Что от чего зависит? Эти вопросы сродни старой полемике: «курица или яйцо». А ведь одно просто невозможно без другого. Не сдерживайте себя: развивайте и то, и другое!